Вдруг стало тихо

«Советская Белоруссия», 30 сентября 2000 г.

В то время, когда «один американец долго пинал автомат с «кока-колой», пока тот не перевернулся и не придавил его, а другой американский летчик переделал вездеход в самолет. Развил скорость 600 км/час. Пролетел 5 секунд. Разбился. Молодой американец решил поплавать в бассейне с касатками и был съеден. Американская тетенька инсценировала нападение на свой дом: заклеила все дырки на лице скотчем, надела на голову пластиковый пакет и задохнулась. А еще можно обклеиться с ног до головы антиникотиновыми пластырями (сердце и не выдержит), как это случилось в романе Кристофера Бакли…»
Так вот, в это самое время здесь — в Минске — я шла на открытие выставки Кастуся Качана в Художественной галерее на ул. Сурганова. А когда увидела его картины, в моей голове вдруг стало тихо и подумалось: «Нет, жизнь положительно прекрасна!». Обличья Беларуси, точнее, Новогрудчины, воплощенные в древесных стволах, фигурах «баб» или церковных постройках, разумеется, различаются между собой. Холмы и «бабы» дают образ нашей родины в ее растительной ипостаси: ну, вдохновляют художника белорусские широкие просторы, а в них — труженицы села. Подобно тому, как летний хвойный лес были излюбленными мотивами Ивана Шишкина, так в живописи господина Качана часто встречаются природные ярусы, говорящие то об опоре на землю, то о легком подъеме к небу: реки, деревья, церквушки, мальчишки, христиане…
Работы исполнены в той серебристой гамме, которой часто пользуются искренние художники, если хотят напомнить зрителям о Беларуси. В реализме Качана есть квасной душок живописи начала века, но, претерпев почти столетнюю выдержку, этот запах становится… даже… пикантным: нет-нет, да и возникнет желание у любого, пропитанного «кока-колой» человека, рвануть прочь, в деревню, в глушь… Так, кстати, часто поступает Кастусь Качан, когда хочет явить миру новое произведение. Он «одевается» в мольберт и — на простор.
На открытии его новой выставки много говорилось о том, что Качан не имеет художественного образования, но между тем является неплохим маэстро. Подобная мысль набила оскомину как самому автору, так и его зрителю. Уже давно живописец состоит в самых необходимых союзах и объединениях. Его работы выставляются в престижных музеях и частных коллекциях мира. И, к счастью, ушли те времена, когда художник имел право на персональную выставку только к пятидесяти годам, так сказать, «подарок к юбилею от профсоюза». Сегодня мастера выставляются, если хотят и могут делиться с публикой новыми произведениями. Судя по активности работы минских галерей, таких гармоничных художников немного. Встречайтесь с одним из них в Художественной галерее на Сурганова.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *